Я вчера начудила и теперь мне стыдно смотреть в глаза подруге. Может, я загоняюсь и она уже забыла?
У меня в пластмассовом ящике для фруктов начали предательски подгнивать сливы и персики, а допустить этого я никак не могла. В мгновение они, в компании спелых бананов, превратились в фруктовый салат, украшенный шапкой из взбитых сливок. Для большей сытости я подогрела сливки и добавила в них сахар и ложечку какао.
Уплетая сочные кусочки фруктов в сливках и запивая их какао, я напрочь забыла о селедке, съеденной утром. Так я еще и дурa йогурт съела после фруктового салата.
Внезапно мне позвонила подруга и пригласила меня в гости. Я села на автобус и поехала к ней.
Уже в пути я почувствовала предательское бурление в животе, нарастающее с каждой минутой. Несовместимость фруктов в сливках с селедкой играли со мной свою злую шутку и превращались в бурю полужидкого с преобладанием газов. Процесс шел невероятно стремительно из за чего меня начали пробивать спазмы. Я с трудом доехала до своей остановки и пулей помчалась к подруге. Спасительная мысль о ее туалете блуждала в моей голове. Не церемонясь, я ворвалась в квартиру подруги и, даже не поздоровавшись, ринулась в ее туалет. Там разразилась громкая буря. Лилось из меня, кажется, целую вечность. Я даже вспотела от напора. Каждый спазм, каждый новый позыв отдавался эхом во всем теле, напоминая о моей гастрономической оплошности. Селедка, предвестник беды, теперь мстила, не давая мне ни секунды покоя передохнуть от спазмов.
Наконец, когда мучения стали стихать, я, обессиленная, вышла из туалета. Подруга, озадаченная моим внезапным исчезновением, смотрела на меня и смеялась. Она все слышала. Я, смущаясь, попыталась объяснить ситуацию, но слова застревали в горле. Как рассказать о персиках, селедке и стремительной расплате?
Вместо этого я выдавила из себя нечто вроде: “Извини, что-то мне нехорошо стало“. Подруга, проявив сочувствие, предложила мне чаю. Я согласилась, мечтая лишь об одном – забыть этот день как страшный сон. Сейчас мне стыдно смотреть подруге в глаза.